fallback-image

Употребление размышлений

Было и другое употребление размышлений: «Бойль подчеркивает также и вторичное их употребление для повышения силы и внимания ума, что тесно соотнесено с его призывом к эмпирической внимательности в естественной философии: «Поскольку, прежде всего, это приучает человека к внимательному наблюдению объектов, с которыми он общается… Темы, с которыми мы имеем дело, неосознанно толкают нас к подглядыванию через различные атрибуты и отношения вещей, которые мы изучаем, с тем чтобы получить большее богатство конкретности для выведения более полных и состоятельных параллелей между вещами, сходство которых мы предполагаем… Кроме этой мысли мы должны по началу приложить всю полноту нашего разумения к выявлению обстоятельств лишь нескольких видов объектов. Но единожды приобретенная, эта привычка будет легко переноситься на другие объекты, отличные от тех, которые впервые ее вызвали».
Другое описание Бойлем силы медитаций, воспитывающих внимание, выходит, по мнению Клаарена, далеко за пределы спиритуалистических представлений об иероглифике: «Практика, которую я постоянно рекомендую, не только располагает нас к вниманию, но и к тому, хотя и бессознательно, чтобы прислушиваться к предлагаемым нам путям и методам, с помощью которых можно заставить изучаемый объект стать для нас информативным… К примеру, аналогия или некоторые другие пути, на которые нас могут пригласить, а в иных случаях и настоять на этом, ведет нас, как это не раз бывало, за руку к открытию разнообразных полезных понятий, особенно практических; которым в ином случае мы просто бы не придали значения. И действительно, мир — великая книга не столько о природе, сколько о Боге природы, которую мы должны читать в поисках поучительных уроков, если мы обладаем соответствующим искусством и способны к терпению, чтобы извлекать и фиксировать их. Творения и на самом деле истинные египетские иероглифы, которые за грубыми формами птиц, животных и т. п. прячут таинственные секреты знания и благочестия».

Такие медитации могут давать и непредвиденные инструкции. Бойль замечает: «Нас забавляет неожиданность в вещах… Не следует в таких случаях, как и во многих других, неуклюже пытаться поддержать разговор с вещами, поскольку их инструкции неожиданны и, как если бы из засады, обстреливают наш разум из вещей, откуда мы вовсе выстрелов не ждем, и таким образом мы получаем преимущество усваивать хорошие уроки без тягостных забот выслушивания их в школе… Информация, которую мы получаем от множества творений и случаев, часто является весьма удаленной от того, что некто мог бы предположить как наиболее очевидное и естественное мышление о тех материях, которые предстают перед нами».
Суммируя роль медитаций, Клаарен пишет: «Наконец, хотя Бойль пользовался медитациями, выражающими благочестие к творению в научной дисциплине, он не был связан этой практикой. В отличие от Гельмонта, который выводил естественную философию из книг Бытия, Бойль был открыт даже для инструктирую ще-пре подаю щей силы сотворенных устройств. Благочестие к творению могло приносить научную или более специфически религиозную (и этическую) пользу».
Бойль, по Клаарену, интересен именно как переходная фигура: «Мышление Бойля типично для сложной переходной стадии дифференциации религии. Специфическое благочестие к творению располагается между более полным благочестием Реформации и убеждением Просвещения в том, что религия лишь человеческая вера. Ориентация на вычлененного Творца, пользующегося прежним почитанием в качестве абсолютно неизбежного необъятного Единственного Творца — Искупителя, прокладывала путь к деистскому почитанию Божества на безопасном расстоянии. Жанр «медитаций по случаю» был центральным в этом развитии. Он умерил господство установившихся молитв и предположительно вел к существенно морально-философской рефлексии деистов».



Рубрика: Женский интерес

lyubovb

Related Posts

fallback-image

Зачистка местности

Весенние цветы

Весенние цветы

Техника омоложения растений

Техника омоложения растений

fallback-image

И на камнях растет унаби